дикий Мир

Аристотель, сравнивая друг с другом различных животных, употреблял понятие аналогии в широком, преимущественно функциональном смысле, имея в виду соответствие частей по их жизненному значению. Птица отличается от птицы по степени или переизбытку (один вид — длиннокрылый, другой — короткокрылый), рыбы же от птицы — по аналогии признаков: что у последней — перо, то у первой — чешуя. Для сравнения одноименных органов разных птиц термин аналогия Аристотель считал излишним, видимо, потому, что крылья длиннокрылых и короткокрылых птиц отличаются только количественно ( степенью развития). Наоборот, перья птиц и чешуя рыб, совершенно несходные по внешнему виду, играют одну и ту же защитную роль — в этом (функциональном) смысле они друг другу аналогичны .

Еще яснее мысль Аристотеля выражена в следующем отрывке: Много общего присуще многим животным; одним в прямом значении слова, например ноги, перья и чешуя, ...другим - их аналоги. Я разумею под аналогом следующее: одним присуще легкое, другим оно не присуще; но то, что для имеющих его представляет собой легкое, то для других — нечто иное, взамен него; и у одних имеется кровь,, а у других — ее аналог, обладающий той же сило,й, как у животных с кровью — кровь.

Итак, одинаковые органы — ноги, имеющиеся у большинства животных, перья разных птиц, чешуи разных рыб —дают пример общего в прямом значении слова , что соответствует донаучному содержанию понятия гомологичных, т. е. одноименных органов. Разные органы, имеющие одно и то же значение (по позднейшей терминологии — функцию), например легкие и заменяющие их иначе устроенные дыхательные органы, далее кровь позвоночных ( животных с кровью ) и соответствующая крови жидкость у беспозвоночных, обладающая той же силой , т. е. значением для организма или функцией, что и кровь, Аристотель называл аналогами, используя термин, который применяется для подобного рода сопоставлений, начиная с Оуэна (с середины XIX в.) и до настоящего времени.

Понятие аналогии у Аристотеля было, несомненно, более широким, чем у морфологов XIX в., так как аналогия, в его понимании, охватывала не только функциональное, но и морфологическое соответствие, получившее впоследствии название гомологии. Когда Аристотель приписывал конечностям разных млекопитающих общность в прямом значении слова , то он имел в виду близость как функциональных, так и морфологических признаков этих органов. Внешнее сходство избавляло в этом случае от необходимости детально сравнивать их внутреннее строение. В тех случаях, когда конечности разных животных оказывались менее сходными, требовалось более детальное анатомическое сравнение, которое в те времена было трудно осуществить. Так, судя по названиям, которые Аристотель давал костям ног у птиц, он не сумел сопоставить их с соответствующими костями млекопитающих; он принимал бедро птицы за седалищную кость, голень — за бедро, а цевку-—за голень. Ошибки Аристотеля в этих сравнениях были частично исправлены только в XIII в. в сочинении германского императора Фридриха II о соколиной охоте.

Тэги: Аристотель, аналогия, птица, рыба